•  

ЭНЕОЛИТИЧЕСКИЙ КОМПЛЕКС ПОСЕЛЕНИЯ ЛИПИХИНСКОЕ

ЭНЕОЛИТИЧЕСКИЙ КОМПЛЕКС ПОСЕЛЕНИЯ ЛИПИХИНСКОЕ

Е. Н. Волков, И. Ю. Чикунова

В 2005 г. Упоровским отрядом Западно-сибирской археологической экспедиции ИПОС СО РАН под руководством И. Ю. Чикуновой производились раскопки поселения Липихинское 5. Объ- ект открыт разведочной группой ИПОС СО РАН под руководством Е. Н. Волкова в 2003 г. [Волков, Сафрыгин, 2004].

Общие сведения о памятнике и результатах его раскопок. Поселение расположено в Упоровском районе Тюменской области, в 8,5 км к ЮЗ от с. Липиха, на территории комплекса древних и средневековых памятников Ингальская долина (см., напр.: [Матвеев и др., 1997]). В гипсометрическом отношении рассматриваемый участок приурочен ко второй надпойменной террасе. Абсолютные высотные показатели достигают 71,0 м. В ландшафтном отношении дан- ная территория представляет собой озерно-болотную равнину. Здесь в изобилии прослежива- ются многочисленные верховые болота, питающиеся за счет атмосферных осадков [География..., 1972. С. 37]. На фоне заболоченной равнины отмечаются многочисленные возвышенности — ос- танцы третьей надпойменной террасы. Одним из них является останец, на котором расположено поселение Липихинское 5, известный у местного населения под названием «Сосновый Островок». Рассматриваемый геоморфологический объект на 1,5–2 м возвышается над уровнем окружающей «подболоченной» равнины. Останец вытянут по направлению СВ–ЮЗ, его размеры составляют 130×57 м. На восточной окраине объекта находятся три старых карьера для добычи песка. С Ю и В останцевое образование окружено неглубокой старицей шириной 5–15 м. Поселение локализовано в южной части останца, насчитывает 12 западин, четыре из которых разрушаются карьерами и об- валами берега. Западины располагаются двумя рядами по направлении ЮЗ–СВ (рис. 1).

Урочище Сосновый Островок, вписанное в озерно-болотную равнину, в свою очередь, ок- ружено значительным по площади лесным массивом Боровлянский бор, занимающим южную часть Упоровского и Исетского районов Тюменской области и распространяющимся на приле- гающие участки Курганской области. Описываемый участок поверхности покрыт плотным сме- шанным лесом, в составе которого преобладает сосна. Урочище Боровлянский бор разделяет- ся многочисленными верховыми болотами, в настоящее время практически полностью затор- фованными. Выходы воды, пригодной для питья, незначительны. Единственной водной артери- ей здесь является приток Тобола р. Нияп, протекающая по центральной части урочища. В то же время рассматриваемый лесной массив даже в настоящее время богат промысловой, охот- ничьей фауной.

С целью выяснения культурно-хронологической принадлежности памятника на его площади были разбиты два раскопа. Первым исследованы западины 10, 11 и 12, вторым — западина 6. К З и ЮЗ от поселения на противоположном берегу старицы, за пределами останца, были за- ложены две стратиграфические траншеи для выяснения функционального назначения всхолм- лений, первоначально принятых за курганы.

В процессе раскопок памятника установлено, что его территория заселялась на протяже- нии неолита, энеолита, раннего, развитого и позднего бронзового веков и эпохи раннего желе- за. Изучено несколько жилищ, относящихся в основном к раннему железному веку. В этой рабо- те мы остановимся на характеристике энеолитического комплекса поселения, одного из самых

1 Работа выполнена при поддержке программы Президиума СО РАН «Адаптация народов и культур к изменениям природной среды, социальным и техногенным трансформациям».

36

Рассмотрен энеолитический комплекс многослойного поселения Липихинское 5, расположенного на территории комплекса древних и средневековых памятников Ингальская долина. Особенности ке- рамики, каменной индустрии и домостроительной традиции позволяют заключить, что памятник оставлен носителями лыбаевской культуры и функционировал на протяжении ее раннего — бузанско- го этапа, в конце IV тыс. до н. э.

Энеолитический комплекс поселения Липихинское 5

репрезентативных, а также кратко охарактеризуем немногочисленные материалы неолита и начального этапа бронзового века.

Рис. 1. План расположения поселения Липихинское 5 в урочище Сосновый Островок

Наиболее репрезентативные данные по неолиту получены при вскрытии раскопов 1 и 2, на- ходящихся непосредственно на территории поселения Липихинское 5. Раскоп 1 площадью 86 м2 расположен на южной оконечности памятника; раскоп 2, исследованная площадь которого соста- вила 72 м2, был разбит в 15–20 м к С от первого, на восточной границе поселения, разрушаю- щейся одним из песчаных карьеров. Для характеристики энеолитического времени наибольший интерес представляют материалы раскопа 2, они являются самыми многочисленными на па- мятнике. Кроме того, рассматриваемый участок не так сильно пострадал от хозяйственной дея- тельности населения последующих эпох, что позволило сделать ценные наблюдения.

Стратиграфия раскопа не отличается сложностью. На современную поверхность выходил дерново-гумусный слой мощностью до 0,15 м, покрывавший всю исследованную площадь. Под ним фиксировалось отложение коричневой супеси толщиной до 0,5 м. Ниже отмечен слой тем- но-серой супеси мощностью до 1,0 м. Иногда данное напластование, являвшееся частичным

37

Е. Н. Волков, И. Ю. Чикунова

заполнением жилища 1, фиксировалась в виде линз, прорезавших нижележащий горизонт. Пред- материковое отложение практически на всей площади раскопа — слой серой супеси мощностью от 0,2 до 0,7 м. Он заполнял основную часть жилища 1. Кроме того, на исследованном пространстве наблюдалось несколько незначительных прослоек и линз, представленных светло-серой супесью и прокалом. Холостое материковое отложение — светлый желтый песок (рис. 2).

Рис. 2. План и разрез раскопа 2 на поселении Липихинское 5:
а — дерново-гумусный слой; б — коричневая супесь; в — темно-серая супесь; г — серая супесь; д — линза прокала; е — материк

В центральной части раскопа исследовано жилище 1. Ширина объекта варьирует в преде- лах 2–4 м, длина достигает 7,5 м. Общая площадь постройки не превышает 20 м2. Жилище уг- лублено в материк на 0,47–0,55 м. В северной и южной частях постройки фиксируются «ступе- необразные» выступы. Северная ступенька максимальными размерами 1,5×0,7 м на 0,45 м воз-

38

Энеолитический комплекс поселения Липихинское 5

вышается над уровнем пола. Возможно, здесь находился выход из жилого сооружения. Южная ступенька имеет максимальные размеры 4,20×1,0 м, высоту 0,16 м над уровнем пола жилища. Функциональное назначение данной конструкции остается не совсем понятным. К западной части сооружения примыкает еще один выступ, размерами 2,25×1,25 м, он находится на 0,35 м выше пола. Не исключено, что это также выход из жилища. Заполнением северной и централь- ной частей котлована жилища являлся слой серой супеси, содержавший преимущественно ма- териалы эпохи энеолита. Южная часть котлована постройки (кв. В–Д/5–8) была заполнена от- ложением темно-серой супеси. Примечательно, что в данной части сооружения находок энео- литического времени практически не встречалось, здесь преобладала керамика раннего желез- ного века. На разрезах раскопа отчетливо прослеживается перерезание слоя серой супеси го- ризонтом темно-серой супеси. Отметим, что и в вышележащих горизонтах, в том числе на уча- стках, прилегающих к жилому сооружению 1, в слое темно-серой супеси находок энеолитиче- ского периода практически не фиксировалось. Таким образом, жилище 1 может быть датирова- но эпохой энеолита. На основании данных стратиграфии определяется факт нарушения запол- нения жилища в эпоху раннего железного века.

В восточной части раскопа, в кв. Ж–К/2–4, частично изучены остатки сооружения 1, углуб- ленного в материк на 0,1–0,15 м, возможно имевшего жилой характер. В центре котлована ис- следована значительная по размерам хозяйственная яма глубиной до 0,4 м. Характер заполне- ния постройки (слой черной супеси) и инвентарь из нее свидетельствуют о функционировании объекта в более позднее время, вероятно в эпоху раннего железа.

Комплексы неолита и начального этапа бронзового века (рис. 3). Данные, имеющиеся в нашем распоряжении, свидетельствуют, что наиболее ранним этапом освоения останца Сосновый Островок является эпоха неолита. К этому времени относятся фрагменты стенок 3–4 сосудов, про- исходящих из раскопов 1 и 2. Визуально фиксируемыми добавками в глиняное тесто являются песок, органика и шамот. Посуда имеет довольно толстые стенки, в пределах 0,55–0,85 см. Два фрагмента декорированы в стиле прочерчивания. Основные орнаментальные мотивы — гори- зонтальные линии. Еще один сосуд был украшен в отступающе-накольчатой технике. Рассмат- риваемый комплекс находит несомненные аналогии в материалах боборыкинской культуры. Фрагмент еще одного сосуда, который логично отнести к эпохе неолита, декорирован оттисками длинного гребенчатого штампа. В его тесте визуально фиксируются добавления песка, органи- ки и шамота. Толщина стенок достигает 0,7 см. Данный фрагмент обнаруживает аналогии в сосновоостровских материалах. Вся неолитическая посуда находится в «переотложенном» со- стоянии, как правило, в верхних горизонтах. Вероятно, неолитические отложения были полно- стью уничтожены в результате хозяйственной деятельности населения последующих эпох.

Комплекс начального этапа эпохи бронзы представлен фрагментами венчика и стенок не более чем 2–3 сосудов. В составе формовочных масс визуально отмечаются обильные приме- си песка, иногда шамота. Керамика довольно толстостенная, толщина стенок в среднем состав- ляет 0,6–0,7 см. Все фрагменты орнаментированы в «ямочной» манере. На внешней поверхности посуды прослеживаются оттиски грубого текстиля. Рассматриваемый комплекс находит несомнен- ные аналогии в материалах памятников имбиряйского типа, выделенных сравнительно недавно [Волков, 2004]. Эту посуду, главным образом в силу ее немногочисленности, невозможно связать с определенным культурным отложением. Как правило, фрагменты имбиряйского типа происходят из верхних горизонтов.

Комплекс энеолита. Энеолитический керамический комплекс, происходящий из раскопа 2, сильно фрагментирован. Частично реконструирован лишь один сосуд. Венчиков обнаружено 6 экз. Остальная керамика представлена стенками сосудов. Вследствие этого в статистическую обработ- ку вместе с венчиками были включены и стенки гончарных изделий. Подсчеты позволили уста- новить, что с площади раскопа происходят фрагменты, принадлежащие не менее чем 25 сосу- дам (табл.). Энеолитическая керамика декорирована в трех основных орнаментальных стан- дартах: «короткогребенчатом», «длинногребенчатом» и «отступающе-накольчатом». Подобные трехсоставные комплексы были выделены нами в особый, лыбаевский культурный тип [Волков, 2002], а впоследствии в самостоятельную лыбаевскую культуру [Волков, 2005]. Планиграфиче- ские особенности распределения разнотипной лыбаевской керамики на площади раскопа 2 еще раз свидетельствуют об одновременности и культурной целостности лыбаевского комплекса. Практически вся энеолитическая посуда сконцентрирована в северной и центральной частях раскопа, около жилища 1, в том числе в его первичном заполнении. К Ю, ЮЗ и ЮВ от жилого

39

Е. Н. Волков, И. Ю. Чикунова

сооружения, где зафиксирован факт «перерезания» энеолитического горизонта (серая супесь) слоем раннего железного века (темно-серая супесь), артефакты эпохи энеолита практически отсутствовали. Керамика, орнаментированная различными техническими приемами, распола- галась несколькими скоплениями.

Рис. 3. Поселение Липихинское 5. Посуда неолита (12, 13), начального этапа бронзового века (8–10), энеолитической лыбаевской культуры (1–7, 11)

Скопление 1 находилось в кв. В/3–4 в первичном заполнении жилища 1 на отметке -131 см, на 14 см выше уровня пола. Здесь достаточно компактно располагались семь фрагментов, украшен- ных в отступающе-накольчатой технике, два фрагмента «короткогребенчатой» посуды и два черепка, орнаментированных гладким штампом2.

2 Присутствие в лыбаевских керамических комплексах «гладкоштампованной» посуды — обычное явление. Одна- ко количество подобной керамики очень невелико, как правило, не более 1–2 % от общего числа сосудов.

40

Энеолитический комплекс поселения Липихинское 5

Скопление 2 зафиксировано в кв. Д–Е/2–3 на уровне материка. В данном скоплении представле- ны восемь фрагментов «короткогребенчатой» посуды, один фрагмент «длинногребенчатого» горшка и пять фрагментов, орнаментированных в «отступающе-накольчатом» стиле.

Скопление 3 отмечено в кв. Е/4 на отметке -78 см, на 9 см выше уровня материка. Здесь компактно располагались два фрагмента, украшенных в «отступающе-накольчатой» технике, и два «короткогребенчатых» черепка.

Скопление 4 обнаружено в кв. Г/1 на отметке -81 см, на 7 см выше уровня материка. Здесь за- фиксировано несколько фрагментов «короткогребенчатой» и «отступающе-накольчатой» посуды.

Остальная энеолитическая керамика, как правило, располагалась отдельными фрагментами либо скоплениями из нескольких фрагментов, принадлежащих одному сосуду.

Основные орнаментальные характеристики лыбаевской керамики поселения Липихинское 5

Элемент орнамента

Раскоп 1

Траншея 1

Траншея 2

Раскоп 2

Всего

«Короткогребенчатая» керамика

Ямочки по венчику

6 / 75,0*

5 / 83,3

11 / 73,3

Ямочек по венчику нет

2 / 25,0

1 / 100

1 / 16,6

4 / 26,6

Ямочки по тулову

Горизонтальные ряды из отпечатков короткого гребенчатого штампа

18 / 100**

6 / 100

25 / 100

≈ 100

Зигзаг

10 / 55,5

2 / 33,3

6 / 24,0

18 / 42,8

Геометрическая фигура (?)

1 / 16,6

2 / 8,0

3 / 7,1

«Жучковый» штамп

5 / 27,0

2

7 / 28,0

14 / 33,3

«Рамчатый» штамп

5 / 27,0

4 / 16,0

9 / 21,4

«Елочка»

1 / 5,5

3 / 12,0

 

Присутствие отступающе-накольчатой техники

1 / 5,5

1 / 16,6

2 / 4,7

Присутствие длинного гребенчатого штампа

1 / 16,6

1 / 2,4

Присутствие гладкого штампа

1 / 0,5

1 / 2,4

Всего

18

6

25

≈ 42 / 68,8***

«Длинногребенчатая» керамика

Ямочки по венчику

1 / 50

1 / 100

1 / 100

3 / 75,0

Ямочек по венчику нет

1 / 50

1 / 25,0

Ямочки по тулову

1 / 33,3

1 / 14,2

Прямые линии

3 / 100

1 / 100

2 / 100

3 / 75,0

≈ 95,0

Зигзаг

3 / 100

3 / 42,8

Ленты

1 / 33,3

1 / 14,2

Треугольники

1 / 33,3

1 / 14,2

Присутствие «короткогребенчатой» техники

2 / 66,6

2 / 28,5

Всего

3

1

2

4

≈ 7 / 11,4

«Отступающе-накольчатая» керамика

Ямки по венчику

1 / 50

1 / 50

2 / 40,0

Ямок по венчику нет

1 / 50

1 / 100

1 / 50

3 / 60,0

Ямки по тулову

 

Прямые линии

5 / 83,3

2 / 100

5 / 100

≈ 95,0

Геометрическая фигура (?)

2 / 33,3

2 / 16,6

Зигзаг

1 / 16,6

1 / 8,3

Присутствие «короткогребенчатой» техники

1 / 16,6

1 / 50

2 / 40

4 / 33,3

Присутствие прочерчивания

1 / 16,6

1 / 20

2 / 16,6

Присутствие гладкого штампа

1 / 20

1 / 8,3

Всего

6

2

5

≈ 12 / 19,6

* Процент от числа венчиков в комплексе.
** Процент от числа сосудов в орнаментальном комплексе. *** Процент от общего числа сосудов в коллекции.

Сопоставление посуды из раскопа 2 с керамикой из раскопа 1 и двух траншей, расположен- ных за пределами останца, позволяет говорить об одновременности всего энеолитического комплекса поселения Липихинское 5. В частности, фрагменты одних и тех же сосудов массово фиксировались в обоих раскопах и даже траншеях. Вследствие этого приведем характеристику лыбаевского керамического комплекса в целом. Нами уже отмечалась недостаточно хорошая сохранность посуды, в результате чего в статистическую обработку были включены не только венчики, но и стенки гончарных изделий. На основании их анализа устанановлено, что с посе- ления происходят фрагменты, принадлежащие не менее чем 61 сосуду (табл.). Судя по всему,

41

Е. Н. Волков, И. Ю. Чикунова

вся серия имела округлые либо округло-приостренные днища. В качестве примесей в глиняном тесте визуально фиксируются обильные добавки песка и органики. В отдельных случаях отме- чен шамот. Керамика тонкостенная, толщина стенок абсолютного большинства сосудов варьи- рует в пределах 0,4–0,5 см. В коллекции представлены венчики 24 лыбаевских сосудов. Осно- вываясь на этом показателе, можно сказать, что большинство гончарных изделий — 16 (66,6 %) имеют ямочные ряды, иногда расположенные в шахматном порядке, в зоне венчика. В то же время 8 сосудов (33,3 %) следов ямочного декора на венчике не содержат. Насколько можно судить по сохранившимся фрагментам стенок, ямочная орнаментация была совершенно не характерна для тулова и днищ сосудов. В коллекции имеется лишь фрагмент одного сосуда, орна- ментированного в стиле «длинной гребенки», на тулове которого прослежен данный элемент.

Остановимся на описании трех основных типов лыбаевской посуды, происходящей с поселения Липихинское-5 (табл.).

Керамика, орнаментированная в стиле короткого гребенчатого штампа (рис. 4, 5). В процессе раскопок получены фрагменты стенок и венчиков, принадлежащих не менее чем 42 сосудам, что составляет около 68,8 % всего керамического комплекса поселения. Большинство сохранившихся венчиков — 11 (73,3 %) имеют горизонтальные ряды ямочек, 4 сосуда (26,6 %) данного элемента декора не содержат. Материал не позволяет говорить, что для «короткогре- бенчатой» серии поселения характерна ямочная орнаментация тулова, подобных фрагментов в коллекции нет. Обычным явлением следует считать гофрировку среза венчика и внутренней приустьевой части посуды. Самым распространенным элементом декора является мотив гори- зонтальных линий, образованных отпечатками короткого гребенчатого штампа, он отмечен на 100 % сосудов (табл.). Из геометрических элементов наиболее часто фиксируется зигзаг — 18 сосудов (42,8 % «короткогребенчатого» комплекса). На ряде сосудов представлены более сложные элементы декора — 3 (7,1 %), однако из-за фрагментированности невозможно соста- вить целостного впечатления об их специфике. Следует обратить внимание на высокую репрезен- тативность «жучкового» и близких ему по форме штампов, следы которых отмечены на 14 сосудах (33,3 %). Достаточно широко представлен «рамчатый» штамп — зафиксирован на поверхности 9 (21,4 %) сосудов. На двух изделиях в качестве вспомогательных отмечены элементы декора, вы- полненные в отступающе-накольчатой технике, на одном зафиксирован элемент, нанесенный «длинной гребенкой», еще на одном — «гладкоштампованная» орнаментация. Рассматривае- мый комплекс в целом находит несомненные аналогии в шапкульских древностях подтаежного Притоболья, на что неоднократно указывалось [Волков, 2002, 2005].

«Длинногребенчатый» комплекс (рис. 3, 5). Керамика, орнаментированная в стиле длинно- го гребенчатого штампа, представлена не менее чем 7 сосудами — около 11,4 % всего лыбаев- ского комплекса (табл.). На трех из четырех сохранившихся венчиков (75 %) отмечены пояски ямочных вдавлений. На одной из стенок, относящейся к тулову сосуда, также прослежено при- менение ямочной орнаментации. Самым распространенным элементом декора являются пря- мые горизонтальные линии — зафиксированы примерно на 95 % «длинногребенчатой» посуды. В трех случаях (42,8 %) отмечен зигзаг. Один, наиболее полно реконструированный, сосуд со- держит ряды вертикальных заштрихованных лент (14,2 %). Еще на одном сосуде (14,2 %) за- фиксировано присутствие заштрихованных треугольников. На одном из «длинногребенчатых» сосудов в качестве вспомогательного присутствует мотив, выполненный в стиле короткого гребен- чатого штампа. В целом рассматриваемая группа керамики наиболее близка посуде так называе- мого моршининского типа («гребенчатая липчинка»), от которой ее отличает крайне слабое исполь- зование сложных геометрических элементов орнамента [Волков, 2002, 2005].

Отступающе-накольчатая керамика (рис. 6). В коллекции поселения представлены фрагменты, относящиеся не менее чем к 12 «отступающе-накольчатым» сосудам, что состав- ляет около 19,6 % всего керамического комплекса. На двух сохранившихся венчиках прослеже- ны одинарные горизонтальные ряды ямочных вдавлений (40 %). Три венчика (60 %) следов ямочной орнаментации не содержат. Не прослеживается ямочной орнаментации и на тулове гончарных изделий. Достаточно большой вариабельностью отличаются орнаментиры для нане- сения декора на поверхность посуды. Среди них выделим: палочку, оставляющую «каплевид- ные» и «подтреугольные» отпечатки; «отступающую лопаточку»; «раздвоенную» палочку; «раз- мочаленную» на конце палочку. Наиболее распространенным элементом декора являются прямые горизонтальные линии — зафиксированы на поверхности приблизительно 95 % сосу- дов. На одном сосуде (8,3 %) отмечено применение зигзага. На двух изделиях (16,6 %), воз-

42

Энеолитический комплекс поселения Липихинское 5

можно, были нанесены более сложные геометрические фигуры. На четырех «отступающе-на- кольчатых» сосудах отмечены вспомогательные элементы, выполненные в стиле «короткой гребенки». На одном изделии присутствуют композиции в технике гладкого штампа. Некоторые аналогии рассматриваемая группа керамики обнаруживает в «ложношнуровых» липчинских древностях [Там же]. Главным отличием лыбаевской «отступающе-накольчатой» серии от лип- чинской является крайне слабое использование техники «ложного шнура» и низкая репрезента- тивность геометрических элементов орнамента [Там же].

Рис. 4. Поселение Липихинское 5. Керамика, украшенная в стиле короткой гребенки

Серия индивидуальных находок с поселения Липихинское 5 представлена изделиями из камня и глиняными грузилами (рис. 7).

Грузила. С ранними этапами освоения останца Сосновый Островок могут быть соотнесены фрагменты 7 глиняных грузил. Среди них можно выделить несколько типов. В коллекции пред- ставлены фрагменты двух грузил с раздвоенными концами, или «моталок». На одном из них отмечен орнамент, нанесенный «отступающей палочкой». Аналогичные предметы в равной степени характерны как для эпохи энеолита, так и для начального этапа бронзового века. В частности, они происходят с энеолитического поселения Байрык 1Б [Косарев, 1979] и ряда дру- гих синхронных объектов Зауральского региона. В то же время подобный тип грузил хорошо представлен на памятниках ташковской культуры начального этапа эпохи бронзы (см., напр.:

43

Е. Н. Волков, И. Ю. Чикунова

[Ковалева. 1997, С. 122, рис. 47, 8, 9]). В значительном количестве аналогичные предметы об- наружены на поселении Имбиряй 1, отнесенном к началу бронзового века [Волков, 2004].

Фрагментами трех экземпляров представлены стержневидные грузила. Одно из изделий орнаментировано вертикальными линиями, выполненными в «отступающе-накольчатой» техни- ке. Такие грузила характерны и для энеолитического времени, и для начала бронзового века. Значительная серия стержневидных грузил происходит с раннеэнеолитического поселения Са- зык 9 [Усачева, 2002. С. 112, рис. 4, 7, 8]. Подобный тип изделий хорошо представлен на ранне- бронзовом поселении Имбиряй 1 [Волков, 2004. С. 36, рис. 4, 6–10].

Два фрагментированных изделия, судя по всему, представляют собой сигаровидные грузи- ла, характерные как для эпохи энеолита [Косарев, 1979], так и для ранней бронзы (поселение Имбиряй 1 [Волков, 2004]).

Таким образом, коллекция керамических грузил поселения Липихинское 5 не имеет одно- значной культурно-хронологической интерпретации. Рассматриваемые предметы могут быть отнесены как к энеолитическому лыбаевскому комплексу, так и к имбиряйским древностям, представленным на памятнике.

Среди изделий из глины следует отметить лощило, изготовленное из стенки сосуда. Пред- мет имеет подтрапециевидную форму. На его краю с внутренней стороны отмечаются следы заполировки, образовавшейся в результате регулярного использования. Внешняя сторона ло- щила орнаментирована отпечатками длинного гребенчатого штампа, что позволяет соотнести данное изделие с периодом функционирования лыбаевского поселка.

Рис. 5. Поселение Липихинское 5. Керамика, украшенная в стиле «длинного» гребенчатого штампа (1), отступающе-накольчатой манере (2, 7) и коротким гребенчатым штампом (3–6, 8, 9)

44

Энеолитический комплекс поселения Липихинское 5

Каменные орудия и отходы оставлены населением различных хронологических периодов.

Наконечники стрел. В коллекции присутствует фрагмент практически целого наконечника листовидной формы, изготовленного из черного плитчатого сланца. Внешняя поверхность из- делия ретуширована. Наиболее вероятна датировка предмета эпохой энеолита. Серия анало- гичных изделий получена, в частности, при раскопках могильника Бузан 3 [Матвеев, Зах, Вол- ков, 1997]. Но нельзя исключать и возможность бытования предмета в начале эпохи бронзы.

Еще одно каменное изделие можно интерпретировать как заготовку для наконечника стре- лы. По морфологическим особенностям предмет близок вышеописанному наконечнику, однако отличается более массивными размерами. Наиболее вероятным периодом бытования данного изделия является эпоха энеолита.

На обломке третьего наконечника стрелы, выполненного из светло-коричневого кремня, впо- следствии был изготовлен боковой скребок. Судя по всему, первоначально изделие имело минда- левидную форму. Несколько аналогичных предметов представлено в коллекции могильника Бу- зан 3. Таким образом, наиболее вероятна датировка изделия эпохой энеолита.

Орудие на пластине. Изготовлено из белого кремня, найдено в раскопе 2. Ширина состав- ляет 0,95 см. Одна из сторон «брюшка» пластины ретуширована. Судя по особенностям сырья, данное изделие относится к неолитическому комплексу памятника. Орудия из белого кремня типичны для боборыкинских поселений Тюменского Притоболья (см., напр.: [Зах, 1995. С. 23]).

Скребок на пластинчатом отщепе. Изготовлен из сургучно-зеленой яшмы. На одной из сто- рон и рабочем крае предмета нанесена мелкая, струйчатая ретушь. Наиболее вероятно, что скре- бок относится к эпохе энеолита. Так, большинство орудий грунтового могильника Бузан 3 изготов- лено именно из этой породы.

Нуклевидные куски и сколы с нуклеусов. Один из нуклевидных кусков изготовлен из белого кремня. Специфика сырья позволяет отнести его к неолитической боборыкинской культуре. В коллекции также представлены три массивных нуклевидных куска из сургучно-зеленой яшмы — сырья, аналогичного тому, из которого изготовлен скребок на пластинчатом отщепе. С наи- большей вероятностью данный предмет можно связать с энеолитическим слоем поселения. Фиксация двух последних предметов, скорее всего, свидетельствует об изготовлении пластин- чатых орудий на территории памятника.

Шлифованные орудия. Представлены тремя предметами. Первое, вероятно, представляет тесло, изготовленное из зеленокаменной породы. Функциональное назначение второго и третьего орудий из аналогичной породы до проведения трасологического анализа определить невозможно. Хронология шлифованных каменных орудий очень широка. Такие изделия хорошо представлены на неолитических памятниках — Уральские Зори 2 [Сериков, 1991], Гилево 8 [Дрябина, Пархимович, 1991], Ташково 1 [Ковалева, Ивасько, 1991] и др. Шлифованные камен- ные изделия отмечены при раскопках энеолитического могильника Бузан 3 и поселения Двух- озерное 1 [Волков, 2002]. Шлифованные деревообрабатывающие орудия имели широкое хож- дение и в эпоху ранней бронзы, в частности, они известны в материалах памятников ташков- ской культуры (см., напр.: [Ковалева, 1997]). Учитывая, что на поселении Липихинское 5 пред- ставлены все три рассмотренных периода, точную культурно-хронологическую принадлежность данных предметов установить невозможно.

Орудия на отщепах и «отходы производства». Наиболее репрезентативны предметы из черного плитчатого сланца, в коллекции поселения их насчитывается 5 экз. В работе мог ис- пользоваться лишь один, выполненный на плитке, наиболее вероятно в качестве ножа. Осталь- ные предметы, представленные отщепами и сколами, являются технологическими отходами. Подобные изделия были широко распространены в эпоху энеолита и на начальном этапе эпохи бронзы. Один изготовлен из низкокачественного «слоистого» сланца, являющегося отходом производства. Еще один отщеп, не использовавшийся в работе, произведен из кварцита. Пред- меты из аналогичного сырья имели активное хождение в эпоху неолита, в период бытования боборыкинских древностей (см., напр.: [Зах, 1995; Зах, Скочина, 2002. С. 45]).

Подвеска. Изготовлена из красноватого шифера. Размеры 1,3×0,9 см. Имеет «каплевидную» форму. В верхней части изделия фиксируется сквозное сверленое отверстие. Каменные и костя- ные подвески «каплевидной» и «миндалевидной» формы характерны для энеолитических мо- гильников, реже — поселений Зауралья и сопредельных территорий (см., напр.: [Матвеев, Зах, Волков, 1997; Матвеев, Волков, 1999; Зах, Зотова, Панфилов, 1991; Шорин, 1991]).

45

Е. Н. Волков, И. Ю. Чикунова

Рис. 6. Поселение Липихинское 5. Керамика, декорированная при помощи палочки

Таким образом, из коллекции вещевого инвентаря поселения Липихинское 5 с эпохой энео- лита можно связать предметы, изготовленные из сургучно-зеленой яшмы, каплевидную подвес- ку из красного шифера и керамическое лощило на стенке «длинногребенчатого» сосуда.

Проблемы датировки энеолитического комплекса. При отсутствии радиокарбонных датировок, определяющих абсолютный возраст энеолитического горизонта поселения Липи- хинское 5, своеобразными хронологическими маркерами являются керамический материал, специфика нанесения орнаментальных композиций, каменного комплекса и домостроительной традиции. Примечательно, что посуда, украшенная в манере короткого гребенчатого штампа, составляет примерно 68,8 % энеолитического комплекса. Обращает на себя внимание высокий удельный вес «жучкового» (33,3 % «короткогребенчатого» комплекса) и «рамчатого» (21,4 %) штампа. В то же время посуды, украшенной в «отступающе-накольчатой» манере, немного — око- ло 19,6 %. Подобные показатели характерны для памятников раннего этапа лыбаевской куль- туры — бузанского. Не противоречат сказанному и особенности сырья, использовавшегося для производства каменных изделий. Сургучно-зеленая яшма, являющаяся основным материалом для производства орудий на поселении Липихинское 5, находит полные аналогии в сырьевой базе грунтового могильника Бузан 3. Энеолитическое жилище поселения, небольшое по пло- щади и хорошо углубленное в материк, во многом аналогично постройкам, исследованным на

46

Энеолитический комплекс поселения Липихинское 5

поселении Сазык 9 [Усачева, 2002]. Оно значительно отличается от сооружений позднего этапа лыбаевской культуры — двухозерского, имеющих несколько большую площадь, но значительно меньшую глубину котлованов.

Рис. 7. Поселение Липихинское 5. Инвентарь

Исходя из радиоуглеродных дат могильника Бузан 3 — 3190±60 г. до н. э. [Матвеев, Зах, Вол- ков, 1997] и поселения Сазык 9 — 3150±60 г. до н. э. [Усачева, 2002], хронологическое положение энеолитического горизонта поселения Липихинское 5 может быть определено в пределах по- следней четверти — конца IV тыс. до н. э. Полагаем, что ряд фактов позволяет еще более «су- зить» диапазон функционирования объекта. Отсутствие в культурном слое наконечников стрел кельтеминарского типа и относительно слабая репрезентативность орудий из камня могут сви- детельствовать о несколько более позднем возрасте поселка по отношению к грунтовому мо- гильнику Бузан 3, однако в пределах конца IV тыс. до н. э.

Отсутствие очага в жилище 1 предполагает сезонный характер поселения, функциониро- вавшего в относительно теплый отрезок календарного года. К аналогичным выводам нас при- водит и невысокая степень насыщенности культурного слоя археологическим материалом. По-

47

Е. Н. Волков, И. Ю. Чикунова

лагаем, что основным занятием населения, проживавшего на территории энеолитического по- селка, являлась охота на лесную дичь. Более чем вероятно, что охотничьи угодья энеолитиче- ского населения находились в урочище Боровлянский бор, расположенном в непосредственной близости, пространства которого и сегодня изобилуют промысловой фауной.

БИБЛИОГРАФИЧЕСКИЙ СПИСОК

Волков Е. Н. Энеолитический комплекс поселения Двухозерное-1 // ВААЭ. Тюмень: ИПОС СО РАН, 2002. Вып. 4. С. 57–70.

Волков Е. Н. Поселение Имбиряй-1 // ВААЭ. Тюмень: ИПОС СО РАН, 2004. No 5. С. 32–37.

Волков Е. Н. Комплекс древних и средневековых памятников Ингальская долина: (Хронология куль- тур, принципы взаимодействия человека и окружающей среды в контексте тематики изучения археологи- ческих микрорайонов): Автореф. дис. ... канд. ист. наук. Кемерово, 2005. 31 с.

Волков Е. Н., Сафрыгин А. Н. Разведочные работы в Упоровском районе Тюменской области // АО 2003 г. М.: Наука, ИА РАН, 2004. С. 383–385.

География Тюменской области. Свердловск: Средне-Урал. изд-во, 1972. 136 с.

Дрябина Л. А., Пархимович С. Ю. Поселение Гилево-8 // Неолитические памятники Урала. Сверд- ловск: УрО АН СССР, 1991. С. 100–111.

Зах В. А. Боборыкинский комплекс поселения Юртобор-3 в Нижнем Притоболье // Древняя и совре- менная культура народов Западной Сибири. Тюмень: Тюм. ун-т, 1995. С. 12–28.

Зах В. А., Зотова С. В., Панфилов А. Н. Древние могильники на Андреевском озере близ Тюмени // Древние погребения Обь-Иртышья. Омск: Омск. ун-т, 1991. С. 13–42.

Зах В. А., Скочина С. Н. Поселение Мергень-3 // ВААЭ. Тюмень: ИПОС СО РАН, 2002. Вып. 4. С. 37–56.

Ковалева В. Т., Ивасько Л. В. Неолитические комплексы поселения Ташково-1 на Исети // Неолитиче- ские памятники Урала. Свердловск: УрО АН СССР, 1991. С. 112–131.

Ковалева В. Т. Взаимодействие культур и этносов по материалам археологии: Поселение Ташково-2. Екатеринбург: Урал. ун-т, 1997. 132 с.

Косарев М. Ф. Древнейшие грузила Нижнего Притоболья // История, археология и этнография Сиби- ри. Томск: Том. ун-т, 1979. С. 15–25.

Матвеев А. В., Волков Е. Н. Исследование нео- и энеолитических памятников в Ингальской долине в 1998 г. // ВААЭ. Тюмень: ИПОС СО РАН, 1999. Вып. 2. С. 124–125.

Матвеев А. В., Зах В. А., Волков Е. Н. Исследование энеолитического могильника Бузан-3 в Ингальской долине // ВААЭ. Тюмень: ИПОС СО РАН, 1997. Вып. 1. С. 156–158.

Сериков Ю. Б. Уральские Зори-2 — однослойный неолитический памятник нового типа // Неолитиче- ские памятники Урала. Свердловск: УрО АН СССР, 1991. С. 32–45.

Усачева И. В. Сазык-9 — сезонное поселение эпохи энеолита в Тоболо-Исетском междуречье // Хро- нология и стратиграфия археологических памятников голоцена Западной Сибири и сопредельных терри- торий. Тюмень: ИПОС СО РАН, 2002. С. 103–113.

Шорин А. Ф. Доандроновское погребение могильника Березки-5г в горно-лесном Зауралье // Неолити- ческие памятники Урала. Свердловск: УрО АН СССР, 1991. С. 68–79.

Источник